Статья:
11 августа, 2016 22:00
23

Крым наш. Как ответим на агрессию соседа?

Богдан Безпалько заметил, что Россия готова противостоять направленным против неё ударам.

И. ИЗМАЙЛОВ: Мы же ведь понимаем, что ситуация сложная. Тем более Украина может под видом беженцев сюда направить диверсантов в любую точку страны, мы их не отличим внешне, не отличим по речи. Что будет дальше?

Б. БЕЗПАЛЬКО: Расслабляться не стоит. В случае военного открытого нападения на Крым, конечно, было бы много паники, хаоса, но российские войска в любом случае смогли бы отбросить и уничтожить военные силы Украины. 

Полную версию программы "За рубежами" с Богданом Безпалько слушайте в аудиоверсии.

И. ИЗМАЙЛОВ: Сегодня будем говорить о взаимоотношениях с Украиной в виду и после последних событий. Вчера Федеральная служба безопасности России официально обозначила и доложила о произошедшем на полуострове в Крыму, о подготовке террористических актов диверсантами с Украины. Президент России отреагировал на это. Богдан Безпалько к нам присоединяется, член Совета по межнациональным отношениям при Президенте России. Добрый день, Богдан Анатольевич.

Б. БЕЗПАЛЬКО: Здравствуйте.

И. И.: Как Вы трактуете то, что произошло несколько дней назад в Крыму? Есть ли такой момент, что мы недооцениваем все этот инцидент?

Б. Б.: Я думаю, что вряд ли мы недооцениваем, и вряд ли недооценивала Федеральная служба безопасности, поскольку она достаточно успешно ликвидировала группу диверсантов и не допустила проведения терактов. Это, собственно говоря, является её функцией, именно обеспечивать безопасность. Охарактеризовать я это могу как новую тактику Киева, который от прямых военных столкновений, в которых он неизбежно проиграет, не только вторгнувшись в пределы российской территории, но и начав широкомасштабные военные действия в отношении ЛНР и ДНР. Он перешёл от тактики прямых военных наступлений к тактике террора диверсионно-разведывательных групп. Это достаточно удачно с точки зрения того, что позволяет ликвидировать точечно каких-то важных персон, ключевых персон, запугивать население, показывать, что мы здесь контролируем всё на самом деле. И что мы здесь вообще можем навести порядок. Внести панику, хаос и всё прочее. В данной ситуации, я думаю, Киев перешёл к этой тактике. Тем более, что обстрел жилых кварталов, который ведётся ежедневно, и позиций ЛНР и ДНР, который тоже ведётся ежедневно, исчисляется сотнями нарушений перемирия, он пока что не выполнил свои главные задачи, которые перед ними ставил Киев, перед своими войсками – спровоцировать ЛНР и ДНР на какие-то ответные масштабные действия с целью обвинить их в нарушении соглашения Минск-2.

И. И.: К ЛНР и ДНР вернёмся, тем более, президент вчера, говоря о ситуации в Крыму, упомянул покушение на Плотницкого в ЛНР. Но ЛНР была названа ЛНР без слов "самопровозглашённая" и так далее. Вернёмся к вопросу, недооцениваем мы или нет. Что мы получили? Некоторые вообще говорят, что ситуация несравнима даже с тем, что сбили наш самолёт. То есть с точки зрения военной доктрины, убиты наши военнослужащие. Реакция была со стороны ФСБ, а не Минобороны. Видимо, пока идёт выработка решений, дальнейших действий, о чём президент сказал, что мимо мы пройти не можем. Но мы же ведь понимаем, что ситуация сложная. Тем более Украина может под видом беженцев сюда направить диверсантов в любую точку страны, мы их не отличим внешне, не отличим по речи. Что будет дальше?

Б. Б.: Расслабляться не стоит. Очевидно, что в Крыму есть люди, которые сочувствуют украинскому руководству, которые готовы, в принципе, пойти даже на такие меры. Я думаю, что нашей либеральной части общества теперь будет сложнее убедить всё остальное общество, что Олег Сенцов – это просто замечательный режиссёр, который ничего плохого не хотел сделать. Что там 40 или 20 кг пластита у него обнаружены были случайно. Его ведь тоже взяли. Расслабляться не стоит, нужно заниматься укреплением безопасности. Это уже будет делаться. Но относительно того, ФСБ или Минобороны отреагировало-не отреагировало, я думаю, что на самом деле, это значения принципиального не имеет. И Министерство обороны, и ФСБ занимаются нашей безопасностью. Думаю, что делают это достаточно успешно. Хотя по просочившимся сведениям в СМИ, в результате действий этих ДРГ погибли два человека. Один сотрудник ФСБ и один сотрудник погранслужбы РФ. В данной ситуации, видимо, российско-украинские отношения будут коренным образом меняться. И это свидетельствует не только проникновение ДРГ, но и то, что, скажем, незадолго перед этим мы заявили о смене посла в Киеве. И попытались направить туда господина Бабича, которого Киев так мягко отверг, не утвердив его агреман, по крайней мере, до сих пор не приняв и не утвердив его агреман.

Вообще, если говорить с точки зрения геополитики, то мне кажется, что сам Киев по себе не мог решиться на самостоятельные подобного рода действия, и здесь достаточно большой узел геополитических проблем упирается в Крым. Давайте посмотрим. У нас улучшаются отношения с Турцией, уже заговорили о том, что возобновляются проекты строительства АЭС в Турции и турецкого потока. Эрдоган уже обсуждает в какой степени Россия и Турция будут финансировать Турецкий поток. Болгария вдруг неожиданно тоже поняла, что Южный поток, оказывается, для неё чрезвычайно выгоден с финансовой точки зрения, так же, как и строительство АЭС. И все эти процессы, видимо, несколько беспокоили главного сюзерена, главного великого шахматиста нашей планеты, который решил внести ясность в ситуацию, кто же всё-таки здесь главный, кого нужно бояться. Но Украина не способна на открытые военные действия, да и привести они могли к непредсказуемым последствиям, как в 2008 году во время грузино-осетинского конфликта. Скажем, в случае военного открытого нападения на Крым, конечно, было бы много паники, хаоса.

"Российские войска в любом случае смогли бы отбросить и уничтожить военные силы Украины"

Вполне возможно, впоследствии появилась бы какая-нибудь Херсонская или Новороссийская народная республика. Или бы просто вся инфраструктура ВСУ была бы уничтожена, после чего использовать Украину в качестве тарана против России и Донбасса было бы уже невозможно.

И. И.: По поводу развития взаимоотношений дальнейших с Украиной, то, о чём сказал президент, что мы не буем проходить мимо этой истории. А как здесь? Ведь Владимир Путин сказал вчера прямо, что власть в Киеве, на Украине была захвачена. Это дипломатически перечёркивает все разговоры о признании/не признании, прямо было сказано, что власть захватили на Украине. Значит, это незаконно, эти власти незаконны. И он сказал, что у них есть патроны на Западе, а киевские их клиенты или не хотят мирного решения пути, или делают то, что им говорят. Соответственно, можем ли мы предположить, что с учётом печально складывающейся экономической ситуации в стране, у киевских властей не будет другого варианта, кроме как развязать горячее полномасштабное столкновение с тем, чтобы или получить больше денег, или свалить на Запад потом каким-то образом, потому что рано или поздно экономика схлопнется. И видимо, понимание этого пришло.

Б. Б.: Я же говорю, здесь интересы сюзерена и вассала сходятся. Для сюзерена это напоминание о том, что есть определённые возможности для давления на нашу страну. Крым – это очень важная стратегическая точка. Там дело не только в Южном или Турецком потоке. Крым, если там не дай Бог что-либо начнётся, в целом, стратегически важный регион. Он таким был всегда. И в советское время, и в постсоветское. Что касается Киева, да, для него это очень успешный способ канализации социально-экономических проблем, вообще, списания всех проблем. Сейчас люди находятся в отчаянии. Шахтёр совершил попытку самосожжения там. Люди постоянно митингуют. Жить по новому, но за чей счёт? У нас нет денег. Неожиданный скандал с маньяками, которые оказались маньяками настолько, что этого никто не ожидал. Даже киевские сторонники майдана, говорят, что это животные, это не люди, их усыпить надо и так далее. И всё это, конечно, очень подрывает авторитет украинской власти. У неё нет положительных каких-то итогов, на которые она могла бы опереться. Даже некоторые из тех, которые вроде бы есть, они оборачиваются против неё. Вот с помпой президент Порошенко встречал Савченко. Он её освободил, положил себе в актив, что вот смотрите, обещал, сделал. Но Савченко сейчас своими заявлениями нивелирует всю украинскую власть, в том числе и президента Порошенко.

И. И.: Да, тарифы повышаются, квитанции повышаются, никуда это не девается.

Б. Б.: Да. И в принципе, там сейчас разваливаются и все институты государственные, там предлагают, например, отозвать врачей из службы скорой помощи, заменив их колл-центрами. Я не совсем понимаю, что это значит. Это, видимо, я буду звонить в скорую помощь, если я, допустим, житель Украины, и спрашивать, как мне правильно разрезать живот, чтобы вырезать аппендицит. Так что ли? Я не понимаю. В любом случае, это явное сокращение, полное уничтожение всех социальных элементов в государстве. Это полная деградация государственных институтов в области правоохранительных органов. Мы видим то, что творилось с этими маньяками из "Торнадо" и другими, потому что они ничем не лучше, разве только тем, что вовремя почистили свои телефоны. Наверное, думаю, там все сейчас лихорадочно чистят память своих смартфонов, чтобы на них компромат не смогли получить. Все эти проблемы можно решить с помощью канализации. Вот мы рады бы что-то сделать, но не можем, потому что сейчас идёт война, мы освобождаем Крым, наконец-то, битва за наш Крым. Конечно, это всё опирается и на некую часть украинского общества, которое больно. Певец Иво Бобул недавно сделал заявление: "Всё-таки стоило повоевать за Крым". К суду, где судят этих маньяков, этих педофилов, убийц, садистов, там приходят не только такие же бойцы из других добровольческих батальонов, приходят женщины, которые говорят, что да, они всё правильно делали, я их знаю, они хорошие ребята. И женщины там, и матери, и так далее. Если матери Украины одобряют подобного рода зверства, потому что это идеологически правильно, против Донбасса, против этих нелюдей, недоукраинцев, конечно, украинское общество больно. И оно заслуживает того, что с ним сейчас происходит.

И. И.: Вряд ли какое-либо общество заслуживает такого. Украина всё-таки каким-то образом выступит здесь против России на территории Крыма, или же там в других регионах, так же с засылкой сюда террористических групп? То бишь ситуация дошла до какой-то точки, когда уже будут какие-то принципиальные решения украинского вопроса? Извините, мы ставим и формулируем его именно так, тем более и президент вчера сказал, что дальнейшие переговоры в нормандском формате смысла никакого не имеют.

Б. Б.:

"Переговоры в нормандском формате фактически зашли в тупик, стали бессмысленными"

И видимо, и эти соглашения Минск-2 зашли в тупик. Минские соглашения украинской стороной не выполняются ни по одному пункту, несмотря на давление со стороны ЕС, Германии, Франции и так далее. Вероятно, ДРГ поставили жирную точку. ДРГ в отличие от войны с развёрнутыми знамёнами, с барабанами, отличаются тем, что от них всегда можно откреститься. Да мы знать не знаем, кто это. Да вот Плотницкого и Захарченко вовсе не мы пытались убить, хотя ещё в апреле об этом делались открытые заявления, что ликвидируют руководство ЛНР и ДНР, этих "террористических" организаций. Конечно, Россия будет искать новые пути давления в виду того, что сейчас уже красная черта перейдена.

И. И.: Вопрос, что Украина будет делать. Неизбежно они будут ввязываться в горячую войну? Какие у неё варианты?

Б. Б.: Что Вы понимаете под горячей войной?

И. И.: Подкатывает с Херсонской области техника, которая у них есть и начинает лупить по Крыму. И одновременно кричат в ООН где-нибудь, что Крым их, они пришли его возвращать и так далее.

Б. Б.: Этот вариант тоже не исключён, в принципе.

И. И.: Второй вариант – использование тех же самых террористических групп подготовленных в Крыму, подготовленных где-нибудь здесь в Ростове или на окраинах, с внедрением через беженцев таких же небольших ячеек, поддержку здесь им найти, наверное, несложно будет через контакты наших западных партнёров, через их сети разветвлённые. Просто ставить Россию каждый раз в неизбежность реагировать как-то. А как Россия может сейчас реагировать?

Б. Б.: Россия может реагировать разными путями. Россия по-прежнему всё ещё находится в экономическо-энергетической связке с Украиной. В определённой степени это Россию связывает, потому что транзит газа идёт через Украину.

Но в любом случае, поставка газа в кредит уже под большим-большим вопросом. Если раньше мы милостиво разрешали закачивать газ на зиму в хранилища в кредит, с тем, чтобы Украина расплатилась за него потом, то теперь, я думаю, это будет под большим вопросом. Если ранее мы помогали Украине в какие-то критические моменты электроэнергией, 600 мегаватт могли перебросить и так далее, то теперь это тоже будет под вопросом. Так же, как и пока ещё сохранившийся небольшой ручеёк украинских товаров, который поступает к нам в страну. Он тоже может быть перекрыт. В принципе, всё, что происходит, больше ущерб наносит самой Украине. Но Украина сейчас в лице своего руководства напоминает зомби. Или вот в биологии есть паразиты, которые поражают большой организм и заставляют его делать какие-либо самоубийственные шаги. Есть такие гельминты, которые поражают рыбу и заставляют плавать её у поверхности с тем, чтобы её могла поймать птица, цапля или журавль, потому что конечным итогом является именно попасть внутрь цапли или журавля. Для тех, кто является паразитом, тех, кто управляет Украиной, для них главным является нанести ущерб России. Пусть он будет не фатальным, но какой-то. С тем, чтобы эту страну оттеснить от глобальной конкуренции, от того, чтобы она могла из себя представлять какую-то альтернативу для мирового сообщества. А Украина погибнет на этом пути или не погибнет, на самом деле, не жалко, всё равно это расходный материал. И бандеровцы – это тоже расходный материал. Поэтому сейчас, если все эти связи начнут рваться, то конечно, Россия будет отвечать достаточно резко. Например, можно задуматься о том, а не признать ли нам ЛНР и ДНР независимыми государствами.

И. И.: А что дальше?

Б. Б.: Это позволит устанавливать с ними двусторонние отношения на уровне двух государств, и позволит им оказывать торговую, экономическую, военную, любую помощь. Официально. Как происходит с Южной Осетией и Абхазией, например. Это государства, которые будут частично признаны, которые, фактически, приобретут новый статус.

И. И.: Поддержку мы им и так оказываем.

Б. Б.: Да. Но на уровне, на котором можем оказывать официально, пока что поддержка слабая. Мы оказываем помощь гуманитарными конвоями, мы можем какие-то льготы предоставлять. Но всё это пока ещё составляет небольшой процент. Мы можем задуматься о том, чтобы диверсифицировать свои энергопоставки на Украину. То есть мы  через эту трубу, через ГТС, будем поставлять ровно столько газа, сколько предназначено Европе.

И. И.: Это надо было делать 100 лет назад. Вопрос с газом – это уже не смешно.

Б. Б.: Вы правы.

И. И.: То есть одно дело – поддержка простого украинского народа электроэнергией и так далее. Но что касается газовой истории, и долг висит, и тарифы. Именно по газу.

Б. Б.: Все эти моменты, которые старались до последнего момента не обострять, надеясь на сохранение хоть каких-то отношений.  Пусть плохих, но всё-таки стабильных. Видимо, сейчас уже бояться обострять не будут в данной ситуации. 

"Если будет прямое военное столкновение, нападение на территорию России, или даже территорию ЛНР и  ДНР, то это повлечёт за собой какой-то масштабный ответ"

И. И.: То есть получается такая вилка. Не нападать не могут, потому что тогда просто схлопнутся сами киевские власти. А нападать – будут разбиты, но правда можно будет обвинить Россию в этом.

Б. Б.: Да они и так обвиняют постоянно во всём Россию. Постоянно это звучит. Многие эксперты говорят, что жаль, что мы не реализовали право вооружённого использования и вторжения в 2014 году, когда оно было официально у нас в результате  решения сенаторов. Может быть, действительно зря, потому что множество людей удалось бы, наверное, спасти. Но последствия были бы тогда непредсказуемы. Мы не можем сейчас предсказать, что было бы в таком случае. Наверняка, было бы много плохого. В любом случае, сейчас ситуация складывается по-иному. Я думаю, что с учётом этого опыта двухлетнего, ответ может быть очень жёстким. Я не могу сказать, в какой степени, в каком аспекте он будет жёстким. Скорее всего, во всех.

И. И.: Хочется более фундаментальный вопрос затронуть. Президент Путин как-то недавно, весной, по-моему, сказал, что считает нас и украинцев одним народом фактически. И пример "матерей", который Вы приводили. Как, на Ваш взгляд, вернуть Украину и украинский народ в поле здравого смысла, выдернуть из этого помешательства, вернуть в наш общий дом, общий мир?

Б. Б.: Я согласен с Владимиром Путиным. Я всегда считал, украинцев, белорусов и великоруссов  одним русским народом, правильней так было бы говорить. Здесь, безусловно, должны работать средства образования и средства СМИ.

"Сейчас информационное поле на Украине зачищено"

Националистическим оно, на самом деле, было всегда. Все 25 лет независимости Украины там интенсивно промывали сознание гражданам. Им внедряли совершенно ложную историческую идентичность, основанную на враждебности по отношению к русским, великоруссам, России.

И. И.: Это же и у нас происходит во многом.

Б. Б.: В чём? Где?

И. И.: Вчерашняя история с "Ельцин Центром", который говорит, что вопрос власовцев надо пересмотреть.

Б. Б.: У нас это на позиции глубокого маргинализма, на самом деле, находится. Люди, которые высказывают симпатии к Власову, они тут же оказываются париями, вроде протоиерея Григория Митрофанова или кого-либо ещё. Поэтому у нас это совершенно не является государственной идеологией. А на Украине это госидеологией являлось всегда, официальной, поддерживаемой всеми президентами Украины. И очень хорошо выступил на эту тему тот же Кучма, который считался таким лояльным по отношению к России. Украина – не Россия. Но в скобочках это нужно читать как Украина – антиРоссия. Когда пришёл Ющенко, это уже стали декларировать открыто.

И. И.: Раз она отделилась, то это логично.

Б. Б.: Объясняется очень просто. Украинская элита, получившая громадное пятидесятидвухмиллионное государство, действительно, равное Франции по масштабу и возможностям, оно встало перед необходимостью оправдывать существование этого государства. Если там все говорят по-русски, там такая же православная церковь, общая идентичность, общие герои, то зачем вы нужны: президент, чиновники и так далее. Давайте объединимся? У нас же всё общее. Мы один народ. То же самое, кстати, происходит и в Молдавии, но там сопротивляются объединению с Румынией.

И. И.: Богдан Безпалько был с нами, член Совета по межнациональным отношениям при Президенте России. Спасибо большое.

Теги:
звук, зарубежами, россия, украина, крым, эксклюзивы

Другие новости