Статья:
20 октября, 2016 10:00
11

Заработать на нефти: как российский софт для бурения обошел западный

Добыча нефти и разработка ПО для бурения — отрасли, обычно противопоставляемые друг другу как «старая» и «новая» экономика. На деле все сложнее: стартап «Геонавигационные технологии» успешно развивается благодаря спросу на его продукт со стороны крупнейших нефтяных компаний

«Вам нужно попасть в точку под землей на глубине 3–4 км, которая удалена на 7–8 км от берега, от буровой платформы» — так петрофизик Сергей Стишенко описывает сложности бурения на шельфе. В 2007 году он начал работать в британской Shell на проекте «Сахалин-2»: отвечал за подбор приборов, которые опускают в скважину при бурении, анализ их показаний, частично за проводку скважины — «полунефтяная, полуайтишная должность», уточняет Стишенко.

Скважины на шельфовых месторождениях бурятся не вертикально, а с большим отклонением по вертикали, вплоть до горизонтального положения. В идеале в этом горизонтальном отведении скважина должна на протяжении всей траектории проходить через нефтеносный пласт и не покидать его пределы. Точность достигается за счет соотнесения прогнозов, где и как залегает порода, и фактических данных, которые передаются с датчиков, установленных на буровой аппаратуре. Данные «снимает» сервисная компания — в случае с проектом «Сахалин-2» и его оператором «Сахалин Энерджи» это была одна из компаний глобальной «большой четверки» нефтесервисных компаний: в нее включают Schlumberger, Halliburton, Weatherford и Baker Huges. Именно специалист сервисной компании принимает решение — менять траекторию бурения или продолжать согласно первоначальным расчетам.

Ошибки стоят дорого: по словам Стишенко, однажды при бурении на одном из сахалинских месторождений сменяющие друг друга каждые 12 часов сотрудники сервисной компании не смогли понять, в каком пласте находится бур. В итоге скважину, на которую уже было потрачено несколько десятков миллионов долларов, пришлось бурить заново.

Стишенко рассказывает, что оператор нефтесервисных услуг не позволяет сотрудникам нефтяной компании в режиме реального времени наблюдать за ходом бурения: данные по положению бурового инструмента в породе — «технологические ноу-хау» сервисных компаний. Эти же компании делают софт для «геонавигации» — сопровождения и контроля процесса бурения в режиме реального времени.

После инцидента со скважиной Стишенко и его менеджер из Shell безуспешно пытались найти внутри компании программное решение, которые бы не уступало по качеству ведущим американским аналогам. Тогда он вместе с коллегой по «Сахалин Энерджи» геологом Айратом Сабировым решили покинуть Shell и написать такой софт самостоятельно.

Большие клиенты

"> В последние годы падение цен на нефть и осложнение отношений с Западом заставляют российских нефтяников экономить и искать отечественные аналоги оборудования и софта. Стишенко и Сабиров начали разрабатывать софт еще в 2010 году, в 2011-м создали «Геонавигационные технологии» (Geosteering Technologies, GTI).

На первом этапе партнеры вложили в компанию собственные деньги — около 1,5 млн руб., которые пошли на зарплату математиков, программистов и геологов. Разработка главного продукта компании, программного комплекса «Геонафт», заняла около девяти месяцев. Программа работает с данными датчиков, установленных на буровом оборудовании: они измеряют сопротивление породы, радиоактивность и другие показатели, которые дают понять, есть ли в ней углеводороды. Эти данные поступают в программный комплекс, в котором автоматически обновляется модель пласта. На основании этой модели геолог может понять: нужно ли менять первоначально рассчитанную траекторию или нет, описывает свою разработку Стишенко.

Помимо базовой функции в «Геонафте» есть несколько модулей — функций, которые клиент может купить в том числе и раздельно. Например, построение 3D-моделей при бурении (а не 2D, как в стандартном модуле), которые используются при прокладке скважин на сложных месторождениях, или передача данных с буровых приборов на сервера компании-заказчика в режиме реального времени. Стоимость программного пакета в зависимости от набора модулей-опций варьируется от 1,5 млн до 3 млн руб. Лицензия на одно рабочее место, программа поддерживает режим наблюдения за несколькими скважинами одновременно.

На Западе геонавигация активно применяется с 2005 года, и сейчас около 90% всех скважин бурятся с помощью этой технологии, говорит Стишенко. В России геонавигацию активно начали внедрять в 2008 году, когда «Роснефть» создала свой Центр по сопровождению бурения (компания не использует сторонний софт для геонавигации, используя собственную разработку «Горизонт»).

Первый заказчик нашел компанию сам, рассказывает Стишенко: в 2011 году специалисты Тюменского нефтяного научного центра, входившего в компанию ТНК-ВР, искали производителей софта для геонавигации и обнаружили сайт недавно созданной компании. «Мы провели для них презентацию, и процесс пошел», — рассказывает он. В том же 2011 году продуктом заинтересовались и в Научно-техническом центре «Газпром нефти»: полгода он использовался в тестовом режиме, в 2012 году был заключен контракт, сумму которого стороны не раскрывают. «Для нас это был важный функционал, а все западные нефтесервисные компании — поставщики подобного софта либо не предоставляли софт отдельно, либо продавали его в рамках нагруженного дополнительными функциями ПО, которое компании был не нужно, либо вместе со своим сервисом, что было еще более экономически невыгодно», — рассказал журналу РБК начальник центра сопровождения бурения «Газпром нефть НТЦ» Виталий Корябкин.

Также важной для компании стала «модульность» «Геонафта»: на некоторых месторождениях «Газпром нефть НТЦ» использовала только некоторые функции, в январе этого года внедрила на отдельных месторождениях комплект из четырех модулей. Стоимость такого пакета составляет 2 млн руб. Сейчас «Геонафт» используется на всех месторождениях компании, указывает Корябкин, при этом средняя проходка (бурение внутри целевого пласта без выхода за его пределы) выросла с 65% до внедрения «Геонафта» до 85% в 2015 году, а в 2016-м в компании ожидают рост этого показателя до 90%.

В «Башнефти» программа «Геонафт» используется с 2013 года, говорит директор компании по сопровождению бурения Кирилл Простяков, а в 2016-м все скважины сопровождаются с помощью этого софта. В качестве альтернативы в 2014-м «Башнефть» рассматривала также софт компании Geosteering Office, ее пользовательский интерфейс показался более удобным, но она не прошла по датам в цикл закупок. ПО «Геонафт» к тому времени уже несколько месяцев находилось в пробной эксплуатации, был накоплен небольшой опыт, и в компании решили от нее не отказываться, говорит Простяков.

Борьба за Россию

Опрошенные журналом РБК участники рынка говорят, что «Геонавигационные технологии» и Geosteering Office — по сути, единственные российские производители подобного софта. Свой продукт по геонавигации предлагает американская Rogii, основанная выходцами из России, которая несколько месяцев назад начала рассылать предложения о сотрудничестве, по пока с ними никто не работает, рассказал журналу сотрудник одной из российских нефтяных компаний.

По словам вице-президента ROGII по технологиям Игоря Куваева, их программный комплекс StarSteer изначально создавался как универсальное решение для мирового рынка, сейчас около 15% скважин, которые бурятся в США и Канаде, сопровождаются именно с помощью ПО StarSteer. Уже два года софт используют такие компании как BP и Repsol, а в России ведутся переговоры с 5-6 компаниями, какими именно, он не уточнил.

Основатель Geosteering Office Дмитрий Поспелов говорит, что созданная в 2013 году компания изначально не планировала продавать софт для геонавигации как отдельный продукт, а только в составе сервисной услуги. В 2014 году появился спрос на софт: нефтяные компании стали создавать собственные центры по сопровождению бурения. Сейчас среди клиентов компании Поспелова — «Лукойл-инжиниринг», «Зарубежнефть», «Самотлорнефтегаз», с мая 2016-го года компания оказывает услуги по геонавигации на Приразломном месторождении «Газпром Нефти НТЦ».

Раньше американская нефтесервисная компания сажала на одну скважину двух человек, которые работают посменно по 12 часов. В объемах «Роснефти» или «Газпром нефти», где бурится более 600 горизонтальных скважин в год, это очень дорого, говорит сотрудник «Роснефти».

Все крупные компании перешли к удаленному мониторингу, добавил он: в центре по сопровождению бурения два сотрудника могут контролировать процесс бурения одновременно десяти скважин. «Геонафт» был первым подобным продуктом в России, и это одно из главных преимуществ: за это время они получили от своих клиентов первые отзывы и смогли доработать свой софт так, что он стал, что называется, «ближе» к заказчикам, объясняет сотрудник «Роснефти».

В 2014 году «Геонавигационные технологии» получили выручку 10,3 млн руб. и прибыль почти 2 млн руб. (данные «СПАРК-Интерфакс»). С начала работы компания продала около 90 лицензий (с разным количеством модулей), говорит Стишенко. Выручка по итогам 2015 года была на уровне 2014-го, говорит Стишенко, а по итогам 2016 года должна составить около 30 млн руб. Сейчас в компании 16 человек, среди них — бывшие сотрудники крупнейших американских нефтесервисных компаний и российских нефтегазовых операторов.

Вызываем Хьюстон

"> В 2014 году «Геонавигационные технологии» участвовали в Мировой нефтяной выставке: рядом был стенд «Сколково». Их заметил руководитель кластера энергоэффективных технологий Марат Зайдуллин и пригласил в конкурс инновационных проектов для нефтегазовой отрасли. В 2014-м компания выиграла сколковский грант в размере 5 млн руб.

На конкурсе в «Сколково» компанию заметил и представитель первого инвестора — партнер фонда Phystech Ventures Петр Лукьянов. Инвесторами фонда выступают основатель Parallels и Acronis Сергей Белоусов, президент ГК «Мортон» Александр Ручьев и другие бизнесмены. В мае 2015 года Phystech Ventures вместе с фондом North Energy Ventures вложили в компанию $220 тыс. За счет опционов объем инвестиций вырос до $440 тыс., говорит Стишенко. По расчетам журнала РБК, с учетом опциона и последнего транша компанию могли оценить в $4,9 млн.

До конца 2016 года GTI планирует провести второй раунд финансирования — Стишенко говорит, что компания планирует привлечь «существенно больше денег, чем в первом раунде». Инвестиции GTI тратит на создание новых продуктов. Один из них — модуль «геомеханика» — должен способствовать снижению риска обрушения скважин во время бурения. Развивает направление один из бывших руководителей подразделения Schlumberger по геомеханике в России и СНГ Комплекс появится на рынке в начале 2017 года и будет стоить дороже «Геонафта».

Главная надежда инвесторов — выход на глобальный рынок: там гораздо больше потенциальных клиентов и должен быть спрос на более дешевый российский продукт, считает Лукьянов. В России рынок услуг по геонавигации составляет $300–400 млн в год и растет в последнее время на 20–30% ежегодно, говорит Зайдуллин. На глобальном уровне тот же рынок как минимум в 15 раз больше — до $5 млрд в год.

В 2017 году GTI планирует активизировать глобальное присутствие, говорит Лукьянов. Офис компании в Хьюстоне возглавил человек, построивший глобальный бизнес по геонавигации в компании Weatherford. По словам Лукьянова, Хьюстон — правильная точка для выхода с новыми технологиями на любые рынки, «не говоря о более 4 тыс. нефтяных компаний, представленных в самом Хьюстоне».

По словам Стишенко, бюджет на американскую экспансию GTI составит около $1 млн. В планах на 2017 год — найти первых заказчиков в Штатах, а к 2020-му доходы компании должны распределяться как 2/3 на рынках в России и США. 

Теги:
нефть, бурение

Другие новости